July, 23, 2024

Никакой гармонии из-за филармонии: два венских оркестра рассорили организаторов концертов

Поделиться

Старый долг привел к тому, что в Эстонию едут два оркестра с практически одинаковым названием.Фото: коллаж Елены Ценно

Высокое искусство не всегда подразумевает честные бизнес-приемы. Один организатор концертов классической музыки обвиняет другого в том, что он вводит потребителя в заблуждение. Тот, в свою очередь, обвиняет конкурента в пророссийских симпатиях.

Декабрь для многих деятелей культуры – месяц хороших доходов, когда население в преддверии праздников покупает билеты на развлекательные мероприятия. Неудивительно, что многие организаторы стремятся провести их именно в этом месяце, зачастую вступая в жесткую конкуренцию.

В начале декабря Эстонию, Латвию и Литву посетят с концертами классической музыки целых два венских оркестра – Венский фестивальный оркестр Штрауса и Венский филармонический оркестр Штрауса. Организатор первого концерта, Зоя Гор, обвиняет конкурента в том, что тот пытается увеличить продажи, играя на сходстве названия со знаменитым Венским филармоническим оркестром, входящим в число лучших в мире. Второй организатор, украинец Михаил Гумиров, не просто отвергает эти подозрения, но и в свою очередь обвиняет первый оркестр в том, что его руководство занимает пророссийские позиции.

Обвинения и жалобы во все инстанции Эстонии, Латвии и Литвы с обеих сторон сыплются, как из рога изобилия.

«Они поступили со мной непорядочно»

Раньше Михаил Гумиров работал с обоими оркестрами. «Когда я их встретил, они никому не были известны на пространстве бывшего Советского Союза, никому, – рассказывает о конкурирующем Венском фестивальном оркестре Штрауса Михаил Гумиров. – Кроме того, что его основатель Питер Гут когда-то учился у Ойстраха скрипке и в неплохих отношениях со Спиваковым, и его пригласили в санкт-петербургский театр дирижером, но свой оркестр он не мог продать на постсоветском пространстве. И когда я появился, он очень за меня зацепился, потому что я возил оркестр Глена Миллера с 2008 года постоянно по этому рынку, и он очень хотел». По его словам, до 2014 года они вместе организовали почти двести концертов.

Однако затем отношения партнеров резко испортились. Причиной послужил солидный долг организаторов перед оркестром. Фестивальный оркестр Штрауса отказался работать с Гумировым, поскольку он не заплатил им за выступление. Сам он виноватым себя не считает, утверждая, что стал жертвой нечестного бизнес-партнера. «Они со мной перестали работать, поступили очень непорядочно, что в нашем мире шоу-бизнеса считается подлостью, будем называть вещи своими именами. Я был букером в данной истории, я не был организатором. Организатором концерна был Тимур Топчиашвили», – говорит он.

Об истории с долгом в 103 040 евро подробно рассказывалось в передаче «Инсайт». Владелец Tallinn Concert Club Топчиашвили утверждал, что из-за неудачного планирования концертные сборы оказались на треть меньше ожидаемого. Денег он не нашел, поэтому заплатить Гумирову и оркестру за выступление не смог. Гумиров подал иск в суд и заявление в полицию, однако эстонские правоохранительные органы мошенничества в действиях Топчиашвили не усмотрели. Меж тем, Венский фестивальный оркестр Штрауса подал в суд на самого Гумирова, требуя гонорар за состоявшееся выступление.

По словам Гумирова, он предлагал руководству Венского фестивального оркестра вместе судиться с Топчиашвили, однако то предпочло востребовать деньги с него. В 2019 году у Гумирова были арестованы счета. «Я просто как порядочный человек сказал: да, я буду отдавать деньги, и в течение четырех лет отдал свои собственные 85 000 евро, заработанные на других проектах, потому что они даже отказались со мной работать, от чего были в шоке все, кто меня знал. Я им предлагал работать вместе, этот рынок не отдавать никому. Нет, они пошли к другим людям, к госпоже Гор», – рассказывает Гумиров.

Агентство Зои Гор (Artmusic Kontserdiagentur OÜ) стало работать с Венским фестивальным оркестром Штрауса, в то время как Михаил Гумиров продолжил заниматься Венским филармоническим оркестром Штрауса, с которым он, по его словам, параллельно сотрудничал с 2015 года. Проблемы возникли, когда конкурирующие организаторы решили привезти оба оркестра в страны Балтии практически одновременно.

«Оркестр ненастоящий!»

Зоя Гор называет Венский филармонический оркестр Штрауса ненастоящим и утверждает, что этот бренд намеренно отсылает к более знаменитому венскому оркестру. «Существует один единственный Венский филармонический оркестр, который входит в десятку лучших оркестров мира. Люди, когда видят такую рекламу – Венский филармонический, на слово «Штраус» внимания не обращают. Они понимают, что идут на Венский филармонический оркестр. Мы написали во все билетные системы, в концертные залы в Латвии, Литве, Эстонии», – возмущается она.

Дирижер Венского фестивального оркестра Штрауса Питер Гут тоже попытался обратить внимание на незаконный, с его точки зрения, брендинг, написав в Венскую филармонию, муниципалитет города Вены, а также министерства культуры Латвии, Литвы и Эстонии.

«По моему мнению, план этих людей – обмануть публику. В связи с тем, что этот "оркестр" дает концерты в то же время и в тех же местах, что Венский фестивальный оркестр Штрауса, он наносит ущерб нашим продажам билетов. Кроме того, я сделал несколько звонков в Вену и узнал, что этот оркестр никогда не давал в Вене ни одного концерта. Чиновники города Вены и Министерства культуры Австрии даже не знают о существовании этого оркестра», – заявляет и директор оркестра Филипп Праймесбергер.

«Сюда могут везти все, кто что хочет, любой оркестр можно привезти, но только не надо вводить в заблуждение названием оркестра. Он просто придумал это название», – возмущается Зоя Гор. Она утверждает, что документ о регистрации торговой марки, который конкурирующий оркестр разослал во все билетные системы, «липовый». «Мы получили ответ от Венской филармонии, где та пишет, что да, мы в курсе, что они гастролируют, этот оркестр не имеет к Венской филармонии никакого вообще отношения. И муниципалитет также ответил нам, что этот оркестр не зарегистрирован нигде», – заявляет Гор.

Artmusic вместе с партнерами, литовским концертным агентством Reventis и латвийским Teatron обратились и к эстонскому Министерству культуры, и к Департаменту защиты прав потребителя, заявив, что конкурент незаконно использует слова «Вена» и «Филармония» в рекламных целях. «Использование этих названий в рекламе нарушает, среди прочего, закон о конкуренции. Гастроли обоих оркестров объявлены на декабрь 2023 года и это приведет публику в замешательство», – заявили представители агентств, потребовав, чтобы Венскому филармоническому оркестру Штрауса было запрещено использовать это название. Ответ их обескуражил.

«Министерство готовит жалобу»

Эстонское Министерство культуры дистанцировалось от спора бизнесменов, вежливо ответив, что руководство концертных площадок и слушатели разберутся как-нибудь без помощи властей. Не захотел вмешиваться и Департамент защиты прав потребителей.

«Я задала вопрос Tarbijakaitse: я могу взять ERSO? Вот наш знаменитый ERSO. Но вместо него сделать оркестр в Тапа и назвать его ERSO Music. Это законно? Нет, они мне говорят. А это же то же самое! Он прикрывается знаменитым венским оркестром, и люди идут на этот венский оркестр филармонический!» – говорит Зоя Гор.

В Литве борьба шла с переменным успехом. Организатору Аудре Кеняусите удалось добиться того, чтобы вильнюсский концертный зал Compensa Гумирову отказал, однако в Клайпеде Svyturio Arena решил, что ответственность несет сам организатор. Вплоть до недавнего времени Svyturio Arena рекламировал предстоящий в декабре концерт как выступление Венского филармонического оркестра Штрауса, однако в конце ноября на афише красовалось скупое «Оркестр из Вены».

«Как видно из ответа, они сами запутались в двух оркестрах, и им не хватает компетенции в таких вопросах. Это уже вопросы интеллектуальной собственности, а не жалоба на недействующий кухонный комбайн», – говорит Аудра Кеняусите.

При этом литовская защита прав потребителей заявила, что у нее не хватает информации, чтобы признать оркестр нелегальным. Зато на жалобу противников Гумирова ответила руководитель отдела профессионального творчества и международной культурной политики Министерства культуры Янина Крушинскайте, сообщившая Филиппу Праймесбергеру о том, что министерство готовит жалобу местной защите потребителя в связи с незаконной рекламой.

Крушинскайте подтвердила ДВ, что литовское министерство подало жалобу в литовскую Службу по защите прав потребителей по поводу ложной рекламы. «Решение было в нашу пользу – организаторам предписали исправить ложную рекламную кампанию. Мы проинформировали об этом г-на Праймсбергера», – сообщила она.

В Латвии организатор концерта Венского фестивального оркестра, руководитель агентства Teatron Ольга Дайна тоже обратилась в местный Центр по защите прав потребителя, однако там ей ответили, что вопрос о праве пользования торговой маркой не входит в сферу его компетенции, а заявлений от потребителей, из которых можно было бы сделать вывод о том, что их ввели в заблуждение, не поступало. Администраторы концертных площадок, по словам Ольги Дайна, на письма не реагировали и только в Лиепае Гумирову после ее письма не дали в аренду зал.

В Даугавпилсе концерты обоих Штраус-оркестров и вовсе проходят в одном и том же Дворце культуры. «Директор сказал, что не хочет слушать сплетни. Ему нравится, что господин Гумиров второй год подряд привозит с аншлагом концерт украинской группы «Нэнси». И меня принудили при заключении договора с дворцом оплатить 100% аренды зала, так как там были уверены, что мой концерт не продастся, а у Гумирова – будет аншлаг. Конечно же, в Даугавпилсе концерт продается слабо. На Фейсбуке зрители обсуждают вопрос, а в чем разница между оркестрами», – описывает положение Дайна.

В Риге из-за жесткой конкуренции с Гумировым Дайне пришлось снизить стоимость билетов, чтобы привлечь зрителя на концерт. По ее словам, после того, как ее агентство обратилось к прессе, Гумиров не только потребовал извиниться, но и написал администрациям концертных залов, что дирижер конкурирующего оркестра Питер Гут продолжает работать в российском театре. При этом в распоряжении ДВ находится документ от Санкт-Петербургского театра музкомедии, которым тот подтверждает, что сотрудничество Гута с ними было прекращено после 24 февраля 2022 года.

Более того, как утверждает Дайна, Гумиров сам продолжал гастролировать по РФ после начала войны с Украиной. По ее словам, на вопрос, как такое может быть, он ответил, что это не его оркестр, а какие-то самозванцы. «Но не так велик его оркестр, чтобы создавать двойников и выступать в РФ», – рассуждает Ольга Дайна.

Войну в Украине не в первый раз используют в качестве аргумента против конкурента в бизнесе, однако в этом случае конкурирующие организаторы заручились документальным подтверждением: австрийский скрипач и дирижер Петер Гут больше не сотрудничает с российским театром.

«Я не выступаю с фейковыми командами!»

Не остается в долгу и Михаил Гумиров. «Я никогда не выступаю с фейковыми командами», – заявляет он в письме Teatron, прилагая к нему документы, призванные доказать его эксклюзивные права на организацию концертов.

По его мнению, всему виной жадность и снобизм конкурентов. «Я взял другой венский оркестр, коих в Вене более тридцати. А они (Фестивальный оркестр Штрауса. – прим. ред.) продались другим организаторам и сдуру решили приехать в страны Балтии в одни сроки со мной. Увидев, что у меня продажи лучше везде, всё лето писали кляузы на меня и новый оркестр, ничего не вышло. А теперь и я хотел бы понять, почему Эстония принимает у себя в государственном зале оркестр, чей дирижер и основатель дает пророссийские интервью?» – говорит он.

Гумиров имеет при этом в виду интервью, данное Питером Гутом порталу Бублик в апреле прошлого года, в котором тот на вопрос журналиста о том, высказывается ли он по поводу войны в Украине, дипломатично отвечает: «Трудно решить, кто прав и нет. Но можно сказать одно: ужасно, что у нас сейчас так получилось». И продолжает: «Раньше работал очень часто с оркестром "Виртуозы Москвы", потому что Владимир Спиваков — это мой друг, с которым мы учились 50 лет тому назад. И он меня пригласил. Но это всё сейчас, конечно, невозможно».

Гастролями в России, впрочем, попрекают друг друга обе стороны. Так, еще в августе Гумиров писал руководителю Фестивального оркестра Штрауса Филиппу Праймесбергеру: «Почему вы так много пишете о гастролях в России и грозитесь сообщить об этом в "службу безопасности"? До пандемии мы все много работали в России. Например, (я проверил) – когда мы вместе провели 115 концертов в 2009-2018 годах, 65 из них были в России. В 2019 году работали в Сочи – это не преступление, не так ли?»

Впрочем, сам Филипп Праймесбергер утверждает, что он никого в пророссийскости не обвинял. «Понятия не имею, откуда взялась эта «служба безопасности». Это полный абсурд. Я никогда не говорил ни о чем подобном», – заявляет он.

«Филипп до сих пор уверен, что мои продажи, которые втрое больше, чем у его оркестра, основаны на каком-то мифическом сходстве со знаменитой Венской Филармонией. Хотя мы сразу в рекламе заявляли о себе как ином коллективе. Но после его жалоб мы добавили и новый текст, и даже изменили в английском варианте название Philharmonic на Philharmonie – но продажи не упали, они стали ещё лучше», – хвалится успехами Михаил Гумиров.

«Дело не в потерях. Совсем! Любая конкуренция должна быть честной», – замечает на вопрос о финансовых потерях Зоя Гор.

Концерты обоих оркестров несмотря ни на что состоятся в странах Балтии в декабре. Автору этой статьи известен как минимум один случай, когда потребитель купил билет на эстонский концерт Венского филармонического оркестра Штрауса, думая, что идет на концерт Венского филармонического оркестра.

Комментирует глава службы инфообщества Департамента защиты прав потребителей Хелен Рохтла

В связи с концертами Венского филармонического оркестра Штрауса к TTJA подошли именно с точки зрения возможной потребительской ошибки. Мы изучили вопрос и на данный момент потребитель не ошибся.

Мы объясняем, что склонность потребителя к ошибкам оценивается по меркам среднестатистического информированного потребителя. В Вене действует несколько оркестров, связанных с ней. Человек, посещающий концерты классической музыки, может отличить их не только по названию оркестра, но и по дирижеру. Точно так же, например, человек, знающий бренд Adidas, может распознать, что обувь с 3 полосками — это продукт Adidas, а обувь с 4 полосками — нет. Для человека, который просто ищет обувь и не знает брендов, не имеет значения, будет ли у обуви три или четыре полоски, главное, чтобы их можно было использовать как обувь.

Потенциальный спор о торговых марках между компаниями Департамент защиты прав потребителя разрешить не может.

Комментирует присяжный адвокат юридического бюро Njord Елизавета Хенно

Данный вопрос может лежать в плоскости правовой защиты товарных знаков. Товарный знак – это обозначение, указывающее потребителю на происхождении товаров или услуг, отмеченных товарным знаком, и позволяющее потребителю без путаницы различать товары или услуги, в отношении которых товарный знак охраняется. Данные оркестры — это австрийские оркестры, параллельное сосуществование которых (в Австрии) регулируется австрийскими законами. Если бы одно из этих названий оркестра было действительным в качестве товарного знака в Эстонии (т.е. зарегистрировано как эстонский или европейский товарный знак), то вопрос можно было бы рассмотреть на основании эстонского законодательства.

Если оценить названия оркестров с точки зрения правовой регуляции о товарных знаках, то можно сказать, что эти названия оркестров скорее не могут быть защищены как товарные знаки, поскольку состоят из описательных частей и, следовательно, не являются отличительными. В их названиях указаны страна происхождения (Австрия), название города (Вена), сфера деятельности (филармонический оркестр), имя известного композитора (Штраус). Согласно правовым нормам о товарных знаках, нельзя монополизировать использование такого рода описательной информации в своем имени и наложить запрет на использование этой информации на всех остальных. Австрия, как известно, стала центром классической музыки в Европе и там действует много различных филармоний и оркестров. Чтобы имя было защищено в качестве товарного знака, оно должно быть отличительным и не может носить описательный характер.

Что касается ERSO и вопроса, может ли, например, оркестр из Тапа использовать это название, то ответ — нет. В Эстонии ERSO является общеизвестным товарным знаком и на него распространяется правовая защита. Учитывая тот факт, что ERSO известен в Эстонии как Эстонский национальный симфонический оркестр, ERSO, как владелец общеизвестного товарного знака, может запретить использование обозначения ERSO или похожего обозначения.

Смотрите также

Последние новости